О новой судебной практике применения ст. 308.3 ГК РФ в Свердловской области

В предыдущем посте я уже отмечал, что из прочтения ст. 308.3 ГК РФ следует, что судебная неустойка может быть присуждена при неисполнении не любого судебного акта, а только такого, где должник обязан исполнить обязательство в натуре и о том, что сразу возникает вопрос: является ли исполнением обязательства в натуре уплата денежного долга (например, по оплате поставленного товара)?

Арбитражный суд Свердловской области (пока на примере двух рассмотренных им дел) ответил на этот вопрос отрицательно, придя в итоге к выводу о невозможности присуждения процентов с момента вступления в законную силу решения суда и до его фактического исполнения на основании ст. 308.3 ГК РФ. То есть пришел к выводу о том, что ст. 308.3 ГК РФ неприменима к денежным обязательствам.

Ниже привожу фрагмент соответствующего судебного акта с реквизитами этого и аналогичного ему другого судебного акта:

«Кроме того, истец просит взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами на взысканную сумму с момента вступления в законную силу решения суда и до его фактического исполнения на основании ст. 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем, суд оснований для применения ст. 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации не усматривает, поскольку суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (п. 1 ст. 330) на случай неисполнения судебного акта по требованию об исполнении обязательства в натуре. В данном случае обязательство ответчика является денежным» (Решение АС СО от 13.08.2015 по делу № А60-22501/2015)

Аналогичная позиция: (Решение АС СО от 07.08.2015 по делу № А60-32281/2015, решение АС СО от 08.09.2015 по делу № А60-32823/2015)